Маргарита Бурсевич - Логово серого волка [СИ]

— Отпустите, — прошипела я.

— Если бы я мог… если бы мог…

И столько муки было в его голосе. И я так и не могла решить, обижена ли я тем, что волк заставляет его быть рядом, или сожалею, что не я сама причина такой бури чувств.

— Ты же слышал, что она сказала, — голос Гая раздался совсем близко от нас.

Судя по тому, как спокойно воспринял его появление Грей, он давно знал, что отец приближается, и его это не волновало.

— Я не позволю ее заставлять, — слова Гая прозвучали в тесном пространстве коридора, но произвели мало впечатления на Грея, который, похоже, так глубоко погрузился в мои глаза, что забыл о присутствии кого-то еще кроме нас.

— Грей, — кажется, впервые я назвала его по имени, потому как почти остекленевший взгляд меня начал пугать.

Он сделал шаг назад и убрал от меня свои руки, после чего прижался спиной к каменной кладке стены и, запрокинув голову, прикрыл веки.

— Иди, — так тихо, что я едва расслышала.

— Иди, — повторил он, втыкая когти в стену.

А я замерла напротив и не могла сдвинуться с места. Что же это такое? Я растерянно посмотрела на Гая, который чему-то довольно улыбался. Он, заметив мое внимание, кивнул в сторону моей комнаты. Еще раз просить меня не пришлось, и я в несколько быстрых шагов преодолела это расстояние, чтобы захлопнуть за собой дверь.

Весь день я боялась высунуть нос из комнаты. Все время казалось, что кто-то ждет меня за дверью. Да и не знала, как вести теперь себя с остальными жителями замка. Кто я в их глазах? Игрушка хозяина? Причина раздора двух давних друзей?

Когда тяжелые думы вымотали окончательно, решила, что утро вечера мудренее и легла спать, впервые за все свое пребывание здесь, предварительно заперев дверь на тяжелый засов. Наивная…

В дверь скреблись, и это было совсем не сном. Первый испуг, проявившийся холодными капельками на висках, быстро сменился пониманием, что волк Грея Вульфа снова пожаловал без своего хозяина. Не без тайного злорадства подумала о том, что засов на своем месте, и сдвинуть его можно только изнутри. Пусть скребется, ему будет полезно получить от ворот поворот.

Несколько минут было слышно ворчание и даже поскуливание под дверью, а потом все затихло. Иррациональное чувство разочарования от того, что он так быстро сдался, стало как ушат холодной воды. Странная мысль и очень неприятная. Она заставила меня забраться под одеяло с головой и пожалеть себя за то, что я такая глупая.

Я увлеклась самобичеванием и не сразу поняла, что уже не одна в комнате. Это не был шорох или еще какой-то другой звук, это было просто осознание, что он здесь. Медленно стягивая одеяло с головы, я готовилась к встрече с разозленным волком, но увиденное поразило меня больше любой звериной злобы.

Грей Вульф стоял у подножия кровати и держал в руках пару свежепойманных зайцев. Учитывая, что лапками эти божьи создания уже не дрыгали, то это явно не домашние питомцы, а, по всей видимости, мой ужин. Волчара заботливый.

— И как в комнату-то попал? — скорее себя, чем его спросила я.

Дверь и засов были нетронуты, да и при взламывании был бы такой шум, что могло проснуться ползамка. К моему удивлению, вопрос был понят, и он, фыркнув, посмотрел на окно. Вот ведь точно, совсем не подумала о нем, а должна была, ведь утром Грей с такой легкостью из него выпрыгнул, было бы логично предположить, что и взять его штурмом ему не составит труда.

В это время зверь преподнес свой подарок, свалив заячьи тушки мне на постель.

— Эм… спасибо.

Ой-ой-ой. Кажется, кто-то принял вежливую благодарность за благосклонность. Ага, покормил, и дело сделано? Хотя, по его мнению, получается, я его подношение должна была сырым жевать. Хорошо, что из-за пережитого волнения я о еде даже не вспоминала. Своеобразное ухаживание получается.

А волк, не замечая моего хмурого взгляда, как и накануне ночью, сбросил лишние детали гардероба и нырнул в постель. Странная у нас вышла компания: девушка растерянная, зверочеловек полуголый и слегка недожаренный ужин.

Ирония не помогла отвлечься от жаркого мужского тела. Как бы необычно не выглядела вся эта ситуация, его близость меня волновала. Очень волновала.

Грей, тем временем, не стесняясь и уже не боясь напугать, сразу обвил меня руками, облизав ушко, заставил поежиться от щекотки и блаженно засопел. Все казалось естественным, возникало ощущение, что все правильно, что так и должно быть.

Из крепких объятий выбраться не удалось, и, повозившись еще немного, я сдалась и, обняв широкие теплые плечи, уснула.

Разбудила меня легкая щекотка. Приоткрыв один глаз, столкнулась взглядом с серой дымкой глаз хозяина зверя. Как вовремя он всегда появляется, прям завидно, мне бы так. Просыпаешься утром и утверждаешь, что понятия не имеешь, как тут оказался. И только посмеешь ему не поверить, опасаешься, что загрызет.

А лорд водил кончиком пальца по моему лицу, уделяя особое внимание линии губ и шеи. Краска залила мои щеки, и Грей, хмыкнув, убрал руку.

— Доброе утро, — улыбнулся он.

Похоже, уходить на этот раз никто не собирался.

— Ага, — сказать еще что-то не смогла, одеревеневший язык слушаться не желал.

Улыбка Грея стала еще шире, и он, медленно наклонившись, легко поцеловал меня в кончик носа. Не встретив сопротивления, повторил, на этот раз, поцеловав рубец на скуле. Я спрятала глаза, боясь, что он прочтет в них неуверенность и невольные слезы благодарности. Сложно чувствовать себя ущербной, а ему, похоже, неважно, что памятный знак остался со мной навсегда.

— Мне жаль…

— Что? — не поднимая глаз, спросила я.

— Жаль, что пора уходить, — еще один поцелуй в кончик носа.

Он легко поднялся и, увидев на простыне зайцев, неловко кашлянул в кулак.

— Может… э… на кухню передать?

— Да. Пожалуйста, — согласилась я, с улыбкой вспоминая его попытку покормить меня свежим мясом. Очень свежим мясом.

Он, наспех одевшись и подхватив добычу, направился к двери. Да уж, тут я с ним согласна, какой смысл лезть в окно, если весь замок знает, что он здесь ночевал. Он неожиданно остановился, пока я изучала его широкую спину и длинные ноги. Уличенная в подглядывании, совсем покраснела и неловко принялась теребить одеяло.

— Рома, — позвал он меня, отрывая от увлекательного занятия.

— Что? — я не осмелилась поднять на него глаза.

— Даже не думай опять прятаться в комнате. Если не появишься на обеде, сам приду за тобой и отнесу в общий зал на руках. Ясно?

— Ясно, — хмуро буркнула я в ответ.

— А это, — тряхнул он перед собой зайцами. — Прикажу приготовить специально для тебя.